Редуцент
Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Дни тянутся. После выходных достаточно одного дня, чтобы устать. Во вторник утром, когда звонит будильник, я сквозь сон думаю, что сегодня суббота, какого хрена он звонит. В среду мне уже кажется, что я месяц отработала без выходных. А четверг с пятницей - как в тумане, в дурном угаре, идиотском сне.
Дни тянутся бесконечно.
А неделя за неделей вылетают в трубу с такой скоростью, что приходишь в ужас.
Вот такой парадокс.
Проходит еще неделя, и ты охреневаешь. Так и не погладила белье. Так и не стерла старый лак с ногтей. Так и не поменяла музыку в плеере. Так и не открыла книгу, которую начала еще летом в отпуске. Так и не встретилась с друзьями. Так и не искала вакансии, не написала резюме.
Прошла неделя, а ты не успела сделать НИЧЕГО. Вообще. Абсолютно.
Скороходность недель и месяцев при адской тягучести каждого дня - это от их пустоты.
Они проходят бесследно.
Это не от того, что мы стареем. Это от того, что эмоциональная насыщенность дней - на нуле. В детстве каждая минута приносит нам что-то новое, чего мы еще не знаем, над чем нам еще предстоит много подумать, что нас изумляет и будоражит. В возрасте к 30 мы катаемся по предсказуемой и однообразной, как рельса, дорожке туда-обратно, туда-обратно.
Я научилась радоваться мелочам. Погоде ранним утром, пейзажам из окна электрички, шуткам старых друзей, ощущению горячего душа.
Но этого недостаточно.
Я живу с мыслью, что делаю недостаточно. Что мой выбор совершенно точно должен был быть иным. Что все это не мое. Что мои решения неверные. Что огромный потенциал, который во мне дремлет, не реализован и на один процент. Что я забрела в какое-то болото, без ориентиров, вне измерений.
Радости, которую я научилась получать от мелочей и от огромной благодарности судьбе за все, что имею, не хватает, чтобы я чувствовала себя счастливой.
Прямо посреди суток зияет чудовищная дыра, которая чернеет на протяжении 12 часов каждый божий день, кроме выходных. Работа и дорога.
Они приносят мне очень много негативных ощущений. Микроощущений. Знаете, как китайская пытка - по маленькой капельке, но постоянно.
Глупо было бы ждать чего-то другого, ведь с того момента, как я устроилась, я точно знала, что мне не нужна эта работа. Мне нужны деньги и соцпакет. Приходилось делать вид, будто работа мне тоже нужна.
Можно было бы с легкостью выносить эти каждодневные негативные микроощущения, если бы они компенсировались интересом к деятельности. Но его нет, на его месте пустота. А негатив никуда не девался.
Достаточно, чтобы в автобусе какая-нибудь тетка в адрес какой-нибудь другой незнакомой тетки проорала "Корова!", чтобы мне захотелось убивать. Достаточно, чтобы на работе к нам зашла какая-нибудь плохо пахнущая бабка, у которой из-за деменции уже прогрессирует резонерство, которая говорит, говорит и говорит. Я уже хочу убивать. Достаточно, чтобы начальница громко говорила по телефону и 20 раз на дню повторила одну и ту же фразу... Ну вы поняли.
Это все - сущие мелочи жизни. Это все не выбивает из равновесия, когда ты наполнен чем-то интересным, приятным, когда твое внимание посвящено чему-то стоящему.
Но эти же мелочи превращаются в серную кислоту, если нет ничего, кроме них. Той крошечной радости, которую я научилась получать по ходу дел, катастрофически не хватает, чтобы чаша весов хоть немного качнулась в положительную сторону.
Я чувствую себя высосанной, опустошенной, обескровленной.
Время во мне остановилось.
И самая страшная истина в том, что объективное время проходит.
Я не проживаю данную мне жизнь. Я остановилась где-то, зависла в невесомости, в вакууме. А тело продолжает закономерно стареть. Я заморожена, но не в свежести и молодости, а в развитии.
Вот, откуда мое не-взросление.
Я не проживаю свою жизнь. Я просто смотрю, как она утекает. Я в ней никак не участвую.
Это пугает, потому что я не имею никакого понятия, как управлять ее движением.
Это все равно что спрыгнуть с утеса и просто падать вниз. Смотрю на пробегающие перед глазами скалы, на убегающие вверх облака, на приближающуюся землю. Ловлю свои ощущения в связи с этим всем. И просто тупо падаю дальше. В странной надежде, что что-то может измениться.
Спрыгнуть с утеса интересно, если ты надел вингсьют. Или с дельтапланом, или с парашютом. Чтобы поймать ветер и лететь куда-нибудь.
Просто так падать, как кусок говна - это плохой выбор.
Не удивительно, что меня настигает тоска. Не удивительно, что в моей жизни нет никакой истории. Не удивительно, если я умру в 90 лет в полностью разрушенном теле с ментальностью 14-летнего подростка.
Расхождение физического и психического возраста может быть любым.
Внутреннее время остановилось. А внешнее летит. Вот, что такое быстротечность дней.
Этот эффект создается тогда, когда мы начинаем откладывать свои дела на потом. Когда день за днем мы закономерно и стабильно откладываем свои цели и дела.
Мне иногда снятся медведи. Один или несколько. И эти сны пугают меня до одури. Я просыпаюсь с кипящим в крови гормональным коктейлем страха, вся в поту, с сердцебиением. Медведи во сне не причиняют мне вреда. Но они рядом, бродят вокруг меня или делают что-то еще. Они еще не до конца решили, кто я им - враг, друг или просто дерево. Только от их решения зависит, останусь я в живых или нет - это медведи, они могут убить. А могут и не убить. Я стою в оцепенении, поскольку я совершенно не понимаю, разозлит мое шевеление медведя или нет. Я не властна над его решением насчет меня.
Медведь - это моя жизнь. Он ворочает меня, как ему вздумается. Он убьет меня, когда ему вздумается. И я не имею на его поведение ни малейшего влияния.
Вот, что такое быстротечность дней и внешний локус контроля. Это всю жизнь простоять в оцепенении на одном месте, напряженно следя за медведем, и умереть на этом месте от старости.