• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
09:28 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Во сне сегодня собиралась звонить в Роскосмос. У них там объявили о новой программе на орбите, приглашали энтузиастов поучаствовать в испытаниях первой орбитальной квартиры.
Сначала шло неплохо. Я уже почти сняла трубку, чтобы набрать номер, представиться, заявить о своих сверхземных устремлениях. Но тут в комнату поперли мои родственники, друзья родственников. К маме с ночевкой приехала подруга, ее вещи разложили вокруг меня на кровати. Меня просили то принести, то переложить что-нибудь, какие-то пледы, шарфы, сумки. Я и так изрядно волновалась, потому что звонок в Роскосмос был для меня крайне важным, решающим. А тут еще эта чехарда с барахлом... Потом пришел кто-то очень милый и любимый. Он сказал, чтобы я скорее звонила, и потом мы вместе сразу поедем на космодром - поглазеем на ракеты. Ему я призналась, что очень стесняюсь на самом деле туда звонить, что это очень глупо, ведь я даже с математикой не дружу, и вообще какой из меня космонавт? Но милый сказал, чтобы я звонила, что моя мечта - прекрасна, что космос - это восхитительно, и чтобы я больше не предавалась сомнениям.
Я снова начала набирать номер телефона, и снова поперли мама со своей подругой, там еще их дите шлялось под ногами. Они пихнули мне какую-то детскую игрушку: "ты ж психолог, вот оцени, насколько эта игра травмирует детскую психику?". Заставили завести игрушку, а там оказался младенческий плач и звуки инквизиционного насилия. Игрушечка так себе! Я на минуту задумалась, кому пришло в голову создавать такую забаву? Потом мы начали обустраивать мамину подругу к ночлегу, освободили для нее место на полке в шкафу, передвинули мой компьютер подальше в угол, чтобы не мешался на проходе, меня согнали с кровати, сказали, чтобы я шла помогать на кухне, там готовился праздничный ужин.
Я уже вертелась в постели, просыпаясь, и сон медленно таял в сознании. Я почему-то не отпускала его, что-то в нем казалось незавершенным. Но сон упорно исчезал.
Я проснулась, открыла глаза и удивилась: че я блин хотела-то???...
Ах да... Роскомос...


Я не сочиняю, когда описываю сны. Они такие уже приходят: банальные, очевидные, прозрачные. Сон про красивые, но очень далекие амбиции, про тривиальные, но фатальные препятствия. Наверное, у меня в голове баян.

23:49 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Меня всё не оставляет вопрос: как в действительности создавали классики литературы свои бессмертные произведения? Следовали они какой-либо теории литературы, старались соблюсти определенные законы и правила? А, может быть, писали интуитивно, душой, не обремененные знаниями о "методе снежинки", "обязательной сцене" и "трехактной структуре"?
Если строго придерживались правил и законов, то где соответствующие наброски, черновики? Если писали от балды, то, может, и современникам не следует заморачиваться?
Впрочем, мне также думается, что хоть Лев Толстой и признан у нас сегодня, его никто не стал бы издавать, живи он в наши дни.
Все очень сложно в мире литературы. Пишешь по наитию - никому это не интересно, не цепляет. Пытаешься писать по канонам, по требованиям современности - то вообще провал, потому что прет сплошная неискренность и дешевое подражалово. Может статься, что некоторым вроде меня вообще не стоило бы браться за это дело. Может, залог бессмертного творения лежит целиком в уникальной натуре автора, которую ни повторить, ни передать, ни перенять, и нет никакой науки, которая сделала бы из обычного человека Писателя. А в наши дни, когда хулиганство в искусстве давно приобрело промышленные масштабы, и подавно не определишь, кто Писатель, а кто так, говно по холсту намазал.

19:44 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Это покажется смешным, но для меня субъективным открытием вчера стало то, что в доступном мире еще множество неизведанного.
Я так долго сижу дома, что потеряла всякое чувство. Всё вокруг меня - известное, надоевшее, давно ясное, понятное, очевидное. Забавно, но эти ощущения перетекли и на более высокий уровень. Стало казаться, что вообще не осталось нигде никаких загадок, тайн. Что можно лишь научиться какому-либо ремеслу и стать посредственностью в нем, но никогда уже нельзя будет найти что-то новое под луной.
Я давно заметила, что чувства мало поддаются разуму. Разум знает, что вселенная бесконечна, что наука ужасно молодая, и что сам человек едва-едва вылезает одной ногой из колыбели. А чувства, которые изо дня в день упираются в четыре стены, становятся уверенными в другом: мир мал, скучен и не имеет смысла. Все давно известно, все давно изучено, книги давно написаны, песни спеты.
За редчайшими исключениями человеком управляют, в основном, как раз чувства. И если они подсказывают мне, что всё тлен, то никакие доводы разума не сдвинут мертвую волю с места.

22:57 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Чем отличаются провокация, взятие на слабо и вызов судьбы? Чему поддаваться, что принимать, а что нет? Где грань между голосом родителя, провоцирующим тебя на удобное ему поведение, и реальным вызовом к твоей смелости, выдержке, решимости?

16:22 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Простой разговор с человеком бывает значимее, чем стотыщ мильонов умных мыслей, которые ты синтезируешь молча в одиночестве.
Когда объясняешь что-то себе - это одно. Когда то же самое объясняешь человеку напротив тебя - это уже совсем другое. И часто более полезное.
Не знаю, как, но на очередной вопрос "так почему же ты теперь не психологом работаешь?" у меня сами собой сложились такие слова.
Когда я была школьницей, я думала, что психолог - это такая же профессия, как врач, учитель, водитель и прочие. Круто было думать, что я стану психологом, поэтому без раздумий поступила именно туда. Потом, в универе, я поняла, что профессия мне даром не нужна. По крайней мере, точно не эта. С чистой совестью я разгильдяйничала как могла, потому что знала: я не собираюсь работать психологом ни дня. А после университета вдруг, внезапно, в один миг я растеряла всю веру в психологию как таковую. Я не знаю лично ни одного человека, которому бы помог психолог. По прошествии трех лет я уже не верю, что эту "науку" вообще можно так называть и что должна быть такая отдельная профессия...
Нет, я ни дня не жалею, что училась там, где училась. Но теперь я просто человек, который ошибся с профессией. И это ничего, так бывает. Просто нужно найти себе применение в чем-то другом.

15:13 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Наткнулась на статью про то, что такое красивая женщина.

Статья Лены Эрнандес, обучающей русских женщин танцу фламенко, о том, насколько мы можем быть далеки от своего тела.

читать дальше

11:20 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Я становлюсь банальной. Поверхностной, возможно. Недалекой и неглубокой. Меня восхищают прописные истины и вдохновляют советы из вконтакта. Меня забавляют всякие глупости, а нытье окружающих выводит из себя. Что ж, видимо, так надо.

11:48 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Найдите фотографию незнакомого человека и напишите его биографию.
По-моему, это отличная идея! Особенно для остывшего воображения.
Сюда же: запишите случайно услышанный разговор.
Напишите письмо тому, кого уважаете. Внимательно рассмотрите лицо человека, который вам не нравится. Перечислите, чем пахнет у вас в округе. Перечислите все места, в которых вам довелось жить. Придумайте персонаж, прототипом которого будет знакомый вам человек. Опишите этот персонаж — что любит, что не любит, на что сердится, о чем думает по ночам.

00:24 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
И вот еще немножко Франкла.

Живите не так, словно репетируете будущую жизнь. Живите так, будто уже отрепетировали. «Живите так, будто вы живете второй раз и действовали в своей жизни так же неправильно, как собираетесь действовать сейчас»

20:38 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Франкл. Что меня в нем привлекает, так это широта взгляда. Человек пережил концлагеря. Но в научной работе он не сделал из страданий и своего (безусловно, ярчайшего) опыта узника догматичной концепции. Он не поставил пережитое им во главу угла. Он говорит о концлагерях, но не так уж часто, как можно было бы ожидать от бывшего пленника. Он говорит о любви, о смысле, о самореализации и о своей работе.
Здесь я оставляю наиболее яркие отрывки его работ.

много букв!

12:46 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Сегодняшний сон такой, каких давно не случалось. В поту я проснулась посреди ночи, дико озиралась по комнате, хотелось в туалет, но было страшно вставать с постели.
Мне снилась война. Да, так следует сказать - снилась. Но если бы можно было отбросить фактическую сторону дела, я бы сказала так: я прожила войну. Я была там.
Несколько мирных жителей, наша группка беженцев искала убежище. Мы были одни, город вокруг - разбомблен, разрушен, погублен. Мы искали ночлег. "Тревога, тревога" - билось у меня в голове. Мы то и дело прислушивались - не воют ли вдали сирены тревоги? Не свистят ли самолеты? Не падают ли бомбы?..
Одиноко стоящий, чудом уцелевший дом с выбитыми окнами, освежеванный изнутри - вот все, что нам удалось найти. Тонкие стены не спасут нас от бомб. Но ничего другого не оставалось, и мы решили переждать ночь здесь.
У нас был только лунный свет в разбитых окнах, несколько пледов и остатки мужества. Мы разбрелись по комнатам, каждый пытался найти угол или место, где бояться он будет чуточку меньше. Со мной в комнате осталась чья-то маленькая девочка. Мы уложили ее на полу под столом. Она не боялась совсем, только смотрела на все серьезными, мудрыми глазами и внимательно молчала. Я осталась с ней. Рядом была кровать, и я забралась под нее. Было что-то отчаянное в моем решении. Я пытаюсь спрятаться здесь, под кроватью от бомб? Я правда верю, что три доски у меня над головой спасут от металла, бетона и смерти? "Тревога, тревога" - постоянно звучит у меня в мозгу. Воют далекие сирены - там, на башне, или у меня в ушах, я не могу понять. В квадратные окна светит луна. Завтра мы проснемся? Никто не знает. Что в небе над городом? Мы не знаем. Мне слышатся сирены.
-Тревога, - говорю я полным голосом, и весь дом слышит меня. Люди отделились от стен и пола, как тени, прокрались к нам в комнату, с пледами, готовые бежать, готовые ко всему. Кто-то берет на руки девочку, кто-то осторожно выглядывает на небо через окно. "Нет, нет, не тревога" - шепчут они. Но ведь это сейчас. А что будет через минуту? Никто не знает...
Беззащитные, бессильные перед безликими бомбардировщиками, мы ничего не могли делать. Только прятаться, только бежать, только молиться - и так каждый день, каждый час. Были только мы и самолеты с неба.

Я проснулась и чувствовала, как стучит сердце, как горит кровь. Организм дал полную реальную реакцию перед угрозой смерти. Я шла по коридору квартиры и понимала: если сейчас война, мы погибнем в этих многоэтажных домах. Только бы не война! Только бы держалась наша страна! Я бессильна перед огромной далекой машиной правительства, политики. Моя жизнь зависит от них. А сделать я ничего не могу. Мы живем в неведении, только оно нас спасает. Боже, как страшна война. Простые люди, мы беззащитны и бессильны. Для нас война - это лотерея со смертью. Я словно была там. Я знаю!

15:37 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Кругом диверсия. Просыпаешься - и снова этот мир подаёт всё тебе назло. За ночь ты почему-то еще больше только устал, за окном - глубокая тьма, но ты уже обязан подняться с постели. Тупая толпа корчится в транспорте, мнёт и давит тебя в спину, в лицо. За пять дней безумного туда-сюда-мотания ты ухандохался так, что в субботу не способен даже открыть глаза. А тебя уже ждут новости: теракты, нефть, политика, деньги, замудрёная крохоборская пенсия, сокращения, кризис, цены в магазинах, мёртвая промышленность, падшая страна...
Родным и близким страшно, хотя у них самих - тьфу-тьфу - все хорошо. Но всё равно страшно же... Так же, как и ты, бегают по работам, магазинам, учреждениям, ищут на карте города адрес банка или налоговой, мотаются по каким-то делам, которые и рады бы никогда не брать в душу. А сами варятся в том же бульоне, обсуждают утром на кухне теракты, нефть, политику, деньги, пенсию, кризис...
Обжираешься от тоски и не знаешь, куда девать лишний выдавшийся час в пятницу вечером. А в будни запихиваешься и давишься бытовухой, надеясь поспать не 6, а хотя бы 7 часов этой ночью. Барахтаешься беспомощно в этой душерубке, не обладая ни собственной волей, ни стержнем, ни даже желаниями.
Днём на работе изнываешь от желания вскочить, напялить на себя походный комбинезон и отправиться в мокрый лес верхом, или привести, наконец, себя в порядок, надеть каблуки и побыть в обществе интеллигентных и адекватных людей. В выходные - хочешь только не вылезать из постели, хочешь массаж, ванну и блаженное небытие. Сначала желания бунтуют, режут тебя на части на протяжении всего рабочего дня. А потом, раздавленные невозможностью, тают и пропадают.
Никто не берёт на ручки. Никто не скажет: "Расслабься, я обо всём позабочусь". Каждый день - только испытания, только диверсия в твоей душе, только новые проблемы. Ни на кого нельзя положиться. Никому нельзя доверять. Сучишь ручками и ножками в солёной воде - тебя сбросили в океан жизни с высокого тёплого обрыва. Куда плыть? Зачем? Неужели вот это идиотское, беспомощное, одинокое состояние и есть настоящая жизнь? Почему было не собраться всем вместе, построить плот, взяться за руки, сойти по-человечески с берега и пуститься в большое плавание? Куда все так несутся по отдельности, кто брасом, кто кролем, кто по-собачьи? У меня нет никаких других берегов... Есть мой единственный, откуда только что скинули пинком. Солёные волны бесконечные. То захлёстывают в глаза и уши, то кидают вниз, и нет им ни конца, ни края. Я не хочу никуда плыть. Я не вижу ничего, кроме волн. Я не хочу годами и десятилетиями болтаться в них. Мне страшно, потому что я не вижу, куда грести, чтобы выбраться обратно на берег. Мне страшно, что я попросту захлебнусь тут, как котёнок.
Я не хочу хотеть плыть. Я не хочу полюбить этот горький вкус волн и шум в ушах. Я не хочу быть тем, кто жаждет переплыть это море. Мне оно отвратительно.
Знакомое чувство снова возвращается. Хуже его ничего нет. Это когда у тебя появляется свободное время, а ты не знаешь, что с ним делать. Ты мечтаешь об этих свободных двух часах вечера или даже целых двух днях выходных! Ты ждёшь их как манны небесной. А когда они приходят... Чем же всё-таки заняться? Нечем... Нет сил. Нет денег. Меньше всего на свете ты готов снова садиться в транспорт. Так что остаёшься дома. А дома что? Компьютер и неотступная бытовуха. Вот так живётся человеку без хребта.

10:57 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Технические открытия с новым тренером.

читать дальше

@темы: записки поскакателя

21:48 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Одна мысль подспудно живет со мной уже много-много лет. Пролистывая Франкла, я вспомнила о ней. Вот его слова: "Поскольку самоосуществление и самореализация вообще важны для
человеческого бытия, они достижимы лишь как результат, но не как интенция. Лишь в той
мере, в какой мы забываем себя, отдаем себя, жертвуем себя миру, тем его задачам и
требованиям, которыми пронизана наша жизнь, лишь в той мере, в какой нам есть дело до
мира и предметов вне нас, а не только до нас самих и наших собственных потребностей
,
лишь в той мере, в какой мы выполняем задачи и требования, осуществляем смысл и
реализуем ценности, мы осуществляем и реализуем также самих себя".

Раскапывание собственного внутреннего мира, поощряемое литературными классиками-романистами, длительными дружескими дискуссиями, воспитательными мерами старших и собственным интересом, привело к тому, что я зациклилась на самой себе. Мир, целый окружающий мир отошел на второй план, стал фоном и помехами. Собственные переживания, влечения, мысли стали центром вселенной. "Хочу" и "не хочу" стали критериями восприятия. Весь мир превратился в набор условий, дающих или отнимающих удовольствие. А удовольствие стало целью.
В какой-то мере я познала и обрела себя. Зато потеряла все остальное, что есть вокруг меня. А ведь это 99,99% реальности.
Лишь в той мере, в какой нам есть дело до мира и предметов вне нас...
А вас сильно интересует, что происходит вокруг? Вам большое дело до предметов, до людей? Вот только честно.

Я помню тот этап детства, когда внутреннее Я еще не встало на первый план. Когда еще было интересно, как устроен паровоз, почему трава зеленая и как быстро может плыть кит.
А потом все - как в тумане...

19:05 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Выходи из тлена. Перестань чуть что принимать позу эмбриона. Человеку это не идет.
Ты камень, пока ты считаешь себя камнем. Выходи из своего состояния. Как ты можешь говорить, что не удалась, если ты нигде себя не попробовала даже?
Такие слова сегодня прозвучали в мой адрес. Я просто хочу сохранить их. Порой подобные слова это все, что мне нужно, и их очень редко можно услышать. Поэтому оставляю их здесь, чтобы иногда вспоминать.

16:32 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
У всех бывают периоды, когда все из рук валится и когда голова не соображает совершенно. Такое случается, ничего.
У меня эти периоды проламывают тонкую корочку веры в себя. Каждый раз я проваливаюсь в леденящую прорубь отчаяния.
Если я поставила себе задачу и не справилась, то каждый раз это маленькая смерть.

12:30 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Иногда я живу с мамой, иногда - у подруги. С кем-то одним жить постоянно я не могу - надоедает. Становится невмоготу. И сегодня кажется, что я знаю причину.
Мама обесценивает. И подруга обесценивает. Каждая по-своему, каждая - разные вещи и события.
Поскольку я безгранично внушаема, обесценивание перетекает в меня совершенно беспрепятственно.
Всласть обесценив одно, я переезжаю к маме или подруге, чтобы немного восстановить ценность одного и поубавить другого. Так и раскачиваюсь из ямы в яму.
И вдруг захотелось мне жить с кем-то другим. Кем-то, кто вообще не обесценивает. Кто не осуждает. С кем можно быть собой.

23:24 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Продолжение Папуша

еще один очень большой текст

23:25 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Часто доводилось слышать про кризис 30 лет. Мол, люди в этом возрасте разочаровываются во всем, что успели совершить. Что для них открывается безжалостная бессмысленность их жизни такой, какой они сделали ее к 30 годам. Что они не хотят больше ходить на свою работу, что не хотят свою семью и не любят свою жену. Говорят, однажды в 30 лет человек просыпается и понимает, что дальше по этой дорожке он идти не в состоянии. Что он шел совершенно не туда...
Я пообещала себе, что у меня не наступит такой ужасный день. Я пообещала себе, что не позволю себе обманываться, что моя дорожка будет правильная с самого начала.
В страхе, что однажды я всё выброшу на свалку, в итоге я не приобрела ничего. В страхе прийти в тупик я не сделала ни шагу вперед.
Я давно осознала, что человеческая жизнь - это постоянный поиск. Но, как ни забавно, так и не применила это к собственной жизни. Я запретила себе поиск. Чтобы не ошибаться.
Живем-то один раз. И молодость - одна. Нельзя было разменивать её...
Всему на свете я сказала "нет". Не нашла ничего достойного, чтобы потратить на это свою драгоценную жизнь. Вот и потратила ни на что.
Сейчас, с такими мыслями, очень хочется пожалеть себя и заплакать. Но я не делаю этого.

Путь к самостоятельности, ответственности и взрослению тяжел. Я ползу по нему, как по раскаленному песку в гору. На каждом шагу проваливаюсь, съезжаю вниз, глотаю горькую пыль.

Тут меня понесло в размышления о работе, читать это неинтересно.

17:34 

Slave never dreams to be free. Slave only dreams to be a king.
Вырезки из "Психотехники экзистенциального выбора" М.Папуша. Не могу не сохранить. Он гениален.

очень большой текст

Следы психики

главная